«Сквознячком перемен продуло»
Фото предоставлено Александром Козиным.

Фото предоставлено Александром Козиным.

Липецкий фотограф Александр Козин — о том, каким он запомнил город в советское время и годы перестройки

Александр Козин — известный липецкий фотограф с 50-летним стажем работы. Фотографировать начал в 14 лет. Сотрудничал с множеством липецких периодических изданий, среди которых молодежная газета «Ленинец» («Молодежный вестник») и «Ленинское знамя» («Липецкая газета»), в которой Козин сейчас работает внештатно. Персональные выставки фотографа проходили в Липецке, Ельце, немецком городе Эссен и итальянском Лорето.

– Александр Николаевич, каким вам запомнился Липецк, скажем, тридцатилетней давности?

– Тогда Липецк только начинал развиваться. Это в учебниках истории написано, что городу 300 лет. Но еще в конце 70-х – начале 80-х годов здесь было всего несколько улиц, да заводы с фабриками, вокруг которых строились бараки для работяг. Взять хотя бы район Тракторного завода. Там возводили двухэтажные времянки с огромными окнами для рабочих и их семей. Жилье позиционировалось как временное. Но мы же знаем, что нет ничего более постоянного, чем временное. До сих пор помню, как в тесных комнатенках ютилось по три, четыре, пять человек. В теплое время года весь двор был завешан сохнущими пеленками, колготками, ползунками. Мальчишки гоняли мяч, то и дело, попадая им в белье. Ох, как же ругались старушки! Сейчас такую картину представить сложно, а тогда — обычное дело. Все в том же районе жил дед Миша — местная знаменитость. На первый взгляд, обычный старичок, но на самом деле он постоянно за всеми следил. Во время войны служил в разведке, вот разведчиком на всю жизнь и остался. В качестве маскировки он всегда использовал газету. Сядет с ней на лавочку и вроде как читает, а сам тем временем по сторонам поглядывает. А когда становилось жарко, он перебирался в тенек в телефонную будку. Сядет под автоматом и вроде как слился с местностью.

Что он делал с собранной информацией?

– Каждый вечер докладывал участковому. Тот кивал, что-то записывал и обещал разобраться. И так изо дня в день. Умер дед Миша все под тем же автоматом с газеткой в руках. А в районе Новолипецкого завода в те времена местные водили свиней. Причем не просто обычных хрюшек, а огромных таких хряков. И самое интересное, что держали-то их не в домах, а в квартирах. Бывало, приедешь в Новолипецк по работе, идешь по улице, а тебе навстречу движется какой-нибудь мужичок с хряком на веревочке. Причем животинка ростом была хозяину до пояса! То еще зрелище. Я помню, в заводской газете даже материал был на эту тему. Суть сводилась к тому, что кто-то выводит на прогулку собак, а кто-то — свиней.

Прекрасно помню, какой шорох навел в городе первый темнокожий студент. Траоре приехал учиться в наш педагогический университет то ли из дружественной тогда Анголы, то ли еще откуда-то. Вот честно, на него смотреть ходили чуть ли не как в кино или цирк. Кто тогда живьем видел африканцев? Разве что моряки или военные. Основную-то массу населения Липецка тогда составляли люди деревенские. О существовании темнокожих они, наверное, и не знали. Траоре, надо отдать ему должное, вел себя очень достойно и миролюбиво. Даже в студенческом театре играл. Успел в какой-то постановке, приуроченной к Новому году, появился и произвел фурор на зрителей. Жаль только, что через год он вернулся обратно в Африку — не заладилось у него что-то с учебой. Хотя слух ходил, что проблемы были вовсе не с учебой, а с неспокойной обстановкой в его стране. Но в СССР тогда все было тихо, мы и сами не знали, что вскоре грядет.

– Александр Николаевич, а липчане чувствовали, что СССР распадется?

– Да, на каком-то интуитивном уровне, как и жители всей огромной страны. Правительство же все скрывало, но ощущение приближающейся катастрофы присутствовало. Я бы даже сказал, что народ начал потихоньку сходить с ума, как будто их сквознячком перемен продуло.

– И в чем это выражалось?

– Например, в здании, где сейчас находится областной художественный музей, раньше была лавка художника. В середине 80-х годов там собиралась творческая интеллигенция. А в конце этого же периода непонятный сброд вытеснил художников, музыкантов, поэтов и писателей. Если раньше люди обсуждали муки творчества, какие-то идеи, делились удачами и неудачами, то потом просто пили и дебоширили. Упадок и гнетущее состояние коснулись всех слоев общества. А успокоение находили в чем? Правильно, в спиртном. Один или два раза в неделю, точно уже и не помню, в несколько точек города привозили пиво. Так там такая очередь собралась, что представить страшно! Народ подтягивался за несколько часов и терпеливо ждал, пока продавщицы расставят на столах литровые банки и займутся торговлей.

– А почему именно литровые банки?

– Это сейчас есть одноразовая пластиковая посуда, тогда о такой даже и не мечтали. Банок в Союзе было больше, чем кружек и стаканов, поэтому в расход шли они. Когда все было готово, звучала команда «налетай!» и народ кидался на столы с алкоголем. Жуткое зрелище, если честно. Те, кому никак не удавалось пробиться к столам, начинали штурмовать ЗИЛы, надеясь урвать флягу или канистру. И, кстати, иногда это даже удавалось. Такая же картина вырисовывалась только у машин, с которых продавали книги. Странность русской души эти примеры более чем характеризуют. Один мой знакомый фотограф-немец однажды видел такое зрелище. Мне было стыдно, ему — смешно. Когда он уезжал, то спросил: «Как ты можешь жить в этой стране, стране философствующих алкоголиков?».

– Что же вы ему ответили?

– Я лишь пожал плечами. А что я мог ответить? Не стану же объяснять иностранцу всю подноготную. Заводы и фабрики потихоньку умирали. То один цех закроют, то другой. Правительство ослабило хватку, и с Запада стал проникать дух загнивающего капитализма. История пошла по второму кругу. Помните, как одурели от свободы крестьяне, когда объявили об отмене крепостного права? То же самое происходило и в конце 80-х. Появлялись всякие странные организации, спекулянты, а точнее, уже бизнесмены почувствовали силу, а рабочий класс, наоборот, — слабость.

А лично у вас есть какая-нибудь конкретная ассоциация с развалом Союза?

– Да, есть. Если вернуться в район Тракторного завода, то в советские времена там была длинная аллея, засаженная тополями. Это место особенно прельщало влюбленные парочки, да мамаш с малышней. И вдруг эти тополя стали врагами народа. Деревья же сажали коммунисты! Буквально за одну ночь их спилили все. Они еще долго потом лежали. Рухнул Союз, рухнула и эта аллея. В бурьяне засохших веток бродили бездомные собаки да коты. Но самое удивительное, что народ воспринял это совершенно равнодушно. Словно по какой-то неведомой команде всем стало на все плевать, в том числе и на бардак.

– По вашему мнению, в момент гибели СССР липчане стали другими?

– Именно! Как будто во всех нас находились какие-то чипы, и мы были управляемыми кем-то со стороны. Я понимаю, что звучит это как бред, но другого объяснения мне в голову не приходит. Особенно поражали представители правоохранительных органов.

А с ними что было не так?

– Они почувствовали власть, причем безнаказанную власть. Понимаю, что образ советского милиционера или гаишника сильно романтизирован и идеализирован, но, тем не менее, нарваться на честного и порядочного стража закона было гораздо проще, чем на плохого. Но в 91-м году все перевернулось с ног на голову. Примерно в те времена затеяли замену госномеров на автомобилях. Но все это проходило очень медленно, можно сказать, вяло. И сотрудники ГАИ этим решили воспользоваться. Особенно страдали водители иномарок с номерами нового образца. Их останавливали и по полной программе начинали, простите, раскатывать. Мол, а что это за номера такие нестандартные? Не подделка ли? Машина не в угоне? Ну и так далее. В конце все сводилось к выбору: плати или отдавай права. И что водителям оставалось делать? На всех их возражения о том, что номера подлинные, просто нового образца, гаишники лишь усмехались и демонстрировали «настоящие», состоящие не из трех, а их четырех цифр. Это как в анекдоте, рожденном как раз в те времена: «Зарплата? А я думал, дали пистолет и вертись, как хочешь». Смех, что называется, сквозь слезы. И ведь сделать-то с этим произволом тогда ничего не могли. Каждый подстраивался под суровые реалии новой жизни по-своему. Именно в те времена много моих друзей и знакомых, нахлебавшись, переступили через себя и эмигрировали за границу. Особенно это касается творческой интеллигенции, которая очень быстро стала вшивой.

В Липецке проводили протестные митинги с требованием вернуть советский строй?

– Нет, как раз наоборот, откуда-то повылазили сторонники демократии. Грязи полилось, как из бездонной цистерны. Сразу же все вспомнили про долги 1917 года, о невыполненных обещаниях, репрессиях и тому подобное. Одним из самых распространенных лозунгов было: «КПСС — вдохновитель и организатор всех наших бед». А всей эпохе был поставлен диагноз «хронический социализм». Причем митинги начались буквально через несколько дней после развала Союза. Оперативно сработали сторонники демократии. Собирались в основном на Соборной площади перед зданием областной администрации. Размахивали плакатами, пели нецензурные частушки о советской власти, материли Ленина, Сталина — наслаждались свободой. По сути, большинству из митингующих больше-то и заниматься было нечем. При Союзе в Липецке работало около десятка полномасштабных заводов, в 1991 году они почти все закрылись. Поэтому уровень безработицы был аховым. Вот люди и старались понравиться новой власти, надеясь на… я даже не знаю, на что они надеялись. Наверное, на светлое будущее. Коммунисты своих обещаний не выполнили, вот и осталась одна надежда на демократов.

И долго длилась волна митингов?

– Несколько месяцев, потом постепенно страсти утихли. Люди осознали, что до светлого будущего теперь еще дальше, чем раньше. Поэтому стали выживать. Иной раз случались митинги в поддержку социализма, но они быстро разгонялись милиционерами. Липецк, как и вся страна, вступил в эпоху становления. Все, что можно было разрушить, разобрать, сдать в металлолом, подвергалось вандализму. Станкостроительный завод, завод пусковых двигателей, трубный, тракторный, «Сокольский» были просто разграблены. Имущество вывозилось на грузовиках и где-то терялось. Да что заводы! Садоводческие организации и те подверглись разорению. А сколько было закрыто детских садиков? В начале 90-х на 19-м микрорайоне один такой закрыли прямо в середине года. О малышах никто и не думал. Никто причин сначала выяснить не смог. Потом вместо садика в здании появился один из первых ночных клубов. Вот тут уж народ терпеть, что удивительно, не стал. Начали митинговать и писать письма в администрацию. Притон прикрыли, вместо него появился отдел милиции. Другой садик, находящийся на 3-м микрорайоне сначала закрыли, подождали, пока его как следует распотрошат и открыли отделение скорой медицинской помощи. И таких историй — тьма.

– Сейчас вы часто вспоминаете те годы и, соответственно, проблемы?

– Крайне редко. Так устроена человеческая память. Она постепенно стирает из памяти плохое, а хорошее раздувает до размеров слона. Не зря сейчас те годы овеяны романтической дымкой. Даже фраза «лихие 90-е» вызывает ностальгическую улыбку. И, скорее всего, я бы относился к постсоветскому периоду так же, если бы не работа фотографом. Эта профессия откладывает определенный отпечаток. История сквозь объектив кажется несколько иной. Но главное, что город растет и развивается, жизнь в нем не замерла, как во многих провинциальных городах России.

Далее в рубрике Желтые Пески с коттеджамиПрезентован проект генерального плана Липецка до 2035 года Желтые Пески с коттеджами Читайте в рубрике «Общество» Самозванцы разочарованы приемом в КрымуНемецкая принцесса Мария Гогенцоллерн со своим сыном Георгием находятся на полуострове Самозванцы разочарованы приемом в Крыму

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Анализ событий России и мира
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях. Только экспертный взгляд на события
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»